ТЕОРИЯ ЧИСТОГО ИСКУССТВА В ВОСПРИЯТИИ СОВЕТСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ КОНЦА 1980-х гг.

Abstract

Анализируются ответы советских писателей на вопрос анкеты альманаха «Поэзия» (1989, вып. 5) об актуальности теории чистого искусства в конце ХХ в. Последняя активно отстаивалась представителями артистической школы критики середины ХIХ в. (П. Анненковым, В. Боткиным, А. Дружининым и др.), а в советской литературоведческой науке на протяжении многих лет интерпретировалась как чужеродная художественным принципам и идеалам многонациональной литературы СССР. Специфика рецепции «искусства для искусства» участниками анкетирования (Е. Евтушенко, Д. Самойловым, А. Кушнером, А. Казинцевым, В. Леоновичем, В. Коробовым, Л. Васильевой и др.) рассматривается в статье в сопоставлении с восприятием этой теории в русской эстетической критике середины ХIХ в. и советском литературоведении. Выявляется многообразие точек зрения в писательской среде рубежа 1980–1990-х гг. на сущность теории чистого искусства и степень ее актуальности для литературного творчества и общественной жизни. Отмечается наличие среди анкетируемых писателей как противников, так и сторонников «искусства для искусства». Раскрываются черты преемственности и новые смысловые обертоны в осмыслении феномена чистого искусства участниками опроса. Responses of Soviet writers (Yevgeny Yevtushenko, David Samoilov, Alexander Kushner, Alexander Kazintsev, Vladimir Leonovich, Vladimir Korobov, Larisa Vasilieva and others) to the question of the anthology “Poetry” (1989, vol. 5) about the relevance of the Pure Art theory in the end of the twentieth century have been analyzed in the article. Interpretation of the “art for art” by survey participants have been considered in relation to the perception of this theory in the Russian aesthetic criticism mid-nineteenth century and Soviet literary criticism. The diversity of points of view among the writers at the turn of the 1980s – 1990s on the essence of the Pure Art theory and its significance have been revealed.